Соперницы

Поделиться
Пятница, Октября 12, 2018

Сегодня мне предстоит расстановочная работа с молодой девушкой.

Запрос: Я вторая жена своего супруга. Первый брак официально завершился. В тех отношениях есть трое детей. Я родила малыша. Сейчас ему два года.

Ради супруга и сына я стараюсь принимать его старших детей. Мы гуляем, берём их к себе. Здесь я не испытываю никакого напряжения. А вот их мать меня сильно раздражает. Я с ней как будто соперничаю, а она соперничает со мной.

Это проявляется тем, что я постоянно проверяю ее в социальных сетях, а она проверяет меня. Я это понимаю по похожим фото, которые она выставляет. Стоит мне похвастаться обновкой в Инстаграм, тут же выставляет свою покупку и часто того же самого бренда. Мы слетали отдохнуть, и она везде за нами летит. Доходит до смешного, она даже копирует то, как я позирую на фото. Сначала я смеялась, а теперь меня это бесит. Это отнимает много моего внимания и выматывает все силы.

И в тоже время, я испытываю к ней много сочувствия, жалею её, словно она мне родная и, конечно же, чувствую себя очень виноватой, ведь если бы не я, возможно бы они попытались восстановить отношения.

Мы ставим в поле такие фигуры: заместители моей клиентки Софии, ее мужа Алдияра, его первую супругу Розу, фигуру соперничества двух женщин и причину.

Заместитель моей клиентки стоит в центре пространства, в расстановках мы называем его полем.

Заместитель первой супруги пытается вытолкнуть с центрального места заместителя Софии со словами: "Это моё место".

Заместителю Алдияра важна только его вторая супруга. Он смотрит на неё с обожанием и притягивает за руку к себе.

Заместитель конфликта кружит вокруг этих трёх фигур и озвучивает: "Я густые клубы дыма. Я становлюсь сильнее" - и при этом движении заместители ускоряются. Он кружит всё сильнее и сильнее.

Причина места недалеко от Софии и присаживается на корточки.

Диагностическая шкала показала, что это нерожденная сестра или брат.

София подтвердила, когда ей было тринадцать лет, у её мамы могла родиться девочка.

Но мама Софии заболела туберкулезом, и медики настояли на прерывании.

Я интересуюсь, как София восприняла всю эту историю. Знала ли о беременности? Как ей объяснили, что ребенок не родится? Какие у неё, как у маленькой девочки, это вызвало чувства и как с ними обошлись?

"Да, в общем-то, спокойно. Никто ничего мне не объявлял и не объяснял. О случившемся я услышала, когда мама рассказывала подругам. Мне кажется, меня это тогда вообще не затронуло".

Подобные истории часто встречаются в практике расстановок. И клиенты мне по-разному рассказывали о своих нерожденных братьях и сестрах.

Кто-то в детстве сильно переживал и плакал. Кто-то не воспринимал эту утрату близко к сердцу, не понимая своим детским умом о произошедшем.

"Терапируя" во время расстановки эту динамику, практически все испытывают сожаление и горечь потери. И те, кто плакал, и те, кто закрывался от этого события на уровне сознания.

Так устроена психика. Мы закрываемся от болезненных переживаний. Иногда, чтобы взять передышку и жить дальше, получая опыт проживания после травмы.

Детская психика еще больше закрывается от всего непонятного и болезненного. Поэтому так важно обращать внимание на чувства детей, и как-то найти способ, как помочь справиться им с переживаниями. Помните всегда о том, что детям намного сложнее справиться с горем, чем взрослым. Взрослым это тяжело. Детям же во сто крат тяжелее.

Детская психика очень лабильна. Она закрывает тяжёлые события и амнезирует. Но от этого травма никуда не исчезает.

В этой травме записано, что у Софии должна быть сестра. А значит, должен быть прожит процесс, который происходит между сестрами.

Они должны любить друг друга, ссориться, забирать друг у друга игрушки, мириться, а потом снова ссориться, что-то не поделив, и снова признавать друг друга равными, и примирившись, ещё больше начинать любить друг друга.

Вспомните, что происходит между Вашими детьми. Или вспомните своих братьев и сестёр. Это же и дружба и соперничество в одном флаконе, эмоциональные качели от любви до ненависти.

София узнаёт, что скоро у неё должна родиться сестра. Значит, беременность уже была на хорошем сроке, либо в семье мечтали еще об одной дочери. И о своей мечте говорили, как о будущем факте. Либо самой Софии хотелось именно сестренку. Образ сестры уже приходит к девочке. Она может ее представлять. С Софией могут разговаривать о сестренке родители.

А потом всё заканчивается без объяснений. Процесс взаимодействия с образом сестры начался, а потом... Ничего. Этот процесс взаимодействия заморозился на какое-то время, а потом, как будто травма Софии стала "искать" сестру в ком-то. И нашла в первой супруге теперь уже ее мужа. Муж - это то, что их объединяет. Для детской части - игрушка. И они, как две девочки в одной семейной системе начинают соперничать друг с другом за игрушку.

Каждая для другой становится важнее, чем игрушка. Важно соперничество. Важно победить. Победа над другой настолько желанна, что игрушка теряет всякую значительность.

Вначале расстановки только фигура Алдияра смотрит на Софию, а та борется с первой женой. Что будет испытывать муж на глубинном уровне? Раздражение? Обиду? Одиночество?

Какое бы ни рождалось чувство, ему не позавидуешь. Сложно быть призом в чьей-то борьбе. Самое печальное, что это второе дно отношений, и его сложно признать. Это как второе дно у чемодана. Не все его могут увидеть и найти. Эта ситуация создает неудовлетворенность у мужа. Растет его напряжение. Он может стать агрессивным, и в семье начнутся скандалы. Или уйдет искать третью женщину. Или что-то еще... В любом случае велика вероятность, что вся ситуация будет выглядеть так, что он не достойный мужчина. Злодей, обманщик.

А бедные женщины - жертвы. Сестры по несчастью. И тогда здесь снова объединение - динамика: "ты мне сестра".

Чтобы исцелить это, мы идём с Софией в ее детскую травму. Я помогаю ей вспомнить образ сестры, и мы разговариваем с ней, проживая все замороженные чувства.

Проделывая это, София обливается слезами. И это лучшее доказательство того, что боль утраты хранилась глубоко в Душе, в подсознании, в сердце.

София сама отметила это. Она сказала: "Надо же, не думала, что меня это будет так цеплять". Она искренне проживала эту боль и отпускала ее слезами.

Мы проделали с ней необходимые расстановочные действия в отношении не родившейся сестры, и энергия у фигуры конфликта стала спадать.

Дальше приговаривали слова первой супруге: "Ты первая, а я вторая. Я твоего места никогда не займу. Оно для тебя лучшее. А у меня есть моё место и оно для меня лучшее. Я соглашаюсь, что ты пришла к Алдияру первая. И такой, какой он сейчас, в этом есть и твоя заслуга. Я это признаю. Спасибо".

Чтобы эти слова действовали в поле, важна искренность клиента. И признание. Признание вклада первой жены в жизнь Алдияра. В то, какой он сейчас. Этот вклад как отрицательный, так и положительный. Там есть и то и то. И это признание волшебным образом действует на поле и расчищает пространство.

Так случилось и на этот раз. Фигура конфликта, причина, первая супруга одновременно начали движение за границы поля. В центре остались только фигуры Алдияра и Софии. Они наконец-то смогли смотреть в глаза друг другу, и от этого ощущения в поле менялись. Стала чувствоваться нежность, трепетное отношение друг к другу, восхищение и гордость друг за друга. Заместители словно перестали замечать остальных, и их лица светились добротой и мягкой улыбкой. В зале установилась торжественная тишина, и мы ещё долго купались в энергии любви и благодарности.

  • Все имена изменены и совпадения случайны.

 Автор: психолог Пилипчук Ольга